Двухчасовые дебаты в понедельник, 26 октября 2026 года, между Вахидом Аштари, медиаактивистом течения, называющего себя «борцами за справедливость», и Хосейном Гурбанзаде, членом совета директоров холдинга «Персидский залив» и бывшим главой Организации по приватизации, должны были касаться невозвращённых нефтяных доходов и управления крупнейшим нефтехимическим холдингом Ирана. По оценке аналитиков DIAR, на деле они показали структуру, в которой разоблачение — оружие в борьбе за власть, а не путь к подотчётности.
Две стороны одного лагеря
Дебаты транслировало агентство «Фарс», связанное с КСИР. Обе стороны вышли из лагеря режима. Аштари уже много лет известен разоблачениями чиновников, в том числе утверждением, что семья Мохаммада Багера Галибафа ездила в Турцию за приданым для новорождённого; это привело к иску Галибафа и тюремному приговору для Аштари. СМИ внутри Ирана представляют Гурбанзаде как приближённого Галибафа.
В ходе дебатов Аштари спросил, как Гурбанзаде попал в совет директоров холдинга «Персидский залив» и играли ли политические связи роль в кадровых перестановках в компании. Он также говорил о конфликте интересов в рабочей группе по противодействию санкциям и о нефтяных операциях людей, близких к спикеру парламента.
Переписка, которая всё перевернула
Ответом Гурбанзаде стала не защита своей деятельности, а снимки сообщений, приписываемых Аштари. По версии СМИ внутри Ирана, эти сообщения показывали, что, публично критикуя холдинг, Аштари одновременно обсуждал с пресс-службой того же холдинга сотрудничество и получение проектов. Аштари поставил подлинность сообщений под сомнение. Видео дебатов после эфира было удалено из его Telegram-канала.
По оценке аналитиков DIAR, если эти сообщения подлинные, смысл ясен: критик, выдававший себя за защитника казны, за кулисами добивался доли в той самой структуре, которую критиковал. А если нет, то член совета директоров крупнейшего нефтехимического холдинга страны прибегнул к недостоверным документам, чтобы заставить замолчать своего критика в передаче, показанной СМИ КСИР. В любом случае народ Ирана наблюдает за ссорой, предмет которой — его собственное богатство.
Тень Бабака Занджани
В спор было втянуто и имя Бабака Занджани. Занджани был приговорён к смертной казни по делу о нефтяных доходах времён санкций; позже приговор смягчили, и он вышел на свободу. После дебатов он опроверг в X какое-либо знакомство или связь с Аштари. То, что имя осуждённого по крупнейшему делу о нефтяной коррупции в Исламской Республике сегодня используется как оружие в схватке двух фигур режима, само по себе показывает, что эти дела так и не получили прозрачной развязки.
Миллиардное обвинение по нефтяным доходам
В тех же дебатах Гурбанзаде потребовал суда над бывшим министром нефти Мохсеном Пакнежадом и заявил, что из примерно 32 млрд долларов от продажи нефти за год его работы почти 4,7 млрд так и не были получены. Эта цифра — утверждение чиновника режима, и ни один независимый орган её не подтвердил. Но само это обвинение из уст своего человека показывает, в каком круговороте исчезают нефтяные доходы Ирана в годы санкций.
Что эта ссора значит для Ирана
Исламская Республика уже много лет делает борьбу с коррупцией своим лозунгом. Но дебаты 26 октября показали, что коррупция в этой структуре — не маргинальное явление, которое можно устранить, разоблачив несколько имён. Разоблачения в этом режиме случаются, когда сталкиваются интересы двух фракций, а после этого нет ни независимого суда, ни свободной прессы, ни подотчётного надзорного органа, который довёл бы дело до конца.
Тем временем внутренняя борьба в режиме обостряется в дни, когда люди сталкиваются с нехваткой муки и закрытием пекарен, а пенсионеры не могут оплатить лечение.
По оценке аналитиков DIAR, выход из этого круговорота — не замена одного управленца другим из того же лагеря, а переход к порядку, при котором национальное богатство управляется под надзором независимых институтов, свободных СМИ и беспристрастных судов.
На дебатах 26 октября критик режима и управленец режима обвинили друг друга в коррупции, и нет ни одного органа, который рассмотрел бы обвинения против кого-либо из них.
Комментарии
Комментариев пока нет. Будьте первым.