От 7 октября до 8 января: прокси-силы Исламской Республики по обе стороны одних репрессий

Четыре десятилетия Исламская Республика строила в регионе сеть вооружённых группировок и назвала её «Осью сопротивления». Нападение ХАМАС на Израиль 7 октября 2023 года стало наглядным примером того, как эта сеть действует за пределами страны. Сообщения, опубликованные в конце декабря 2025 и в январе 2026 года, показывают, что та же сеть была выведена и на улицы Ирана в дни восстания месяца дей, в том числе 8 января. Этот анализ пытается поставить две картины рядом и показать, почему для понимания репрессий в Иране нужно смотреть на транснациональную природу этого режима.

Сообщения об иностранных ополченцах в подавлении восстания месяца дей

В первые дни восстания месяца дей 1404 года появились сообщения о том, что около 800 членов иракских шиитских ополчений из таких группировок, как «Катаиб Хезболла», «Нуджаба», «Сайид аш-Шухада» и организация «Бадр», под видом паломничества в Мешхед въехали в Иран через пункты пропуска Шаламче, Чазабе и Хосрави и, собравшись на базе в Ахвазе, были направлены в разные города. Иракский источник в силовых структурах позднее сообщил CNN, что в предшествующие недели в Иран отправились около пяти тысяч иракских ополченцев. Ещё одно сообщение говорило о вербовке с оплатой 600 долларов и о том, что до 11 января границу пересекли более 60 автобусов.

Организация «Иран Хьюман Райтс» также со ссылкой на источники сообщила, что силы репрессий в некоторых городах не знали персидского, а свидетель в Карадже сказал, что сотрудники говорили по-арабски. Правительство США в те же дни предостерегло Исламскую Республику от использования иностранных ополченцев против протестующих, а 26 января «Катаиб Хезболла» открыто призвала своих бойцов готовиться к защите Исламской Республики. Советник премьер-министра Ирака по безопасности назвал эти сообщения «вводящими в заблуждение». Точная численность этих сил пока не подтверждена независимыми источниками, но масштаб и согласованность сообщений из разных источников нельзя игнорировать.

Одна сеть, два фронта

По оценке аналитиков DIAR, сопоставление 7 октября и 8 января — больше чем пропагандистское сравнение. Логика у них одна: режим, не черпающий легитимность у своего народа, опирается на силы, чья верность принадлежит не иранской нации, а его идеологической и финансовой структуре. Те же деньги и оружие, что годами уходили со стола иранцев к ХАМАС, «Хезболле» и иракским ополчениям, в день кризиса вернулись, чтобы подавлять тех же самых иранцев.

Эта схема не нова. DIAR ранее писал, что Исламская Республика доверила своё выживание запугиванию протестующих месяца дей и что те, кто четыре десятилетия оплачивал «Ось сопротивления» со стола иранцев, теперь применяют двойные стандарты. Присутствие неиранских сил на улицах Ирана — последнее звено этой цепи: транснациональная идеологическая армия, созданная для «экспорта революции», превратилась в инструмент удержания режима против нации.

Что это значит для национальной революции Ирана

Во-первых, этот факт переворачивает нарратив режима, называющего протестующих «иностранными агентами»; иностранной силой на улицах в месяце дей были ополченцы, которых привёл сам режим. Во-вторых, дело о подавлении восстания месяца дей — не только внутреннее: оно затрагивает группировки, внесённые в террористические списки западных стран, что важно для юридического преследования преступлений на международных площадках. В-третьих, оно показывает, что социальная база режима настолько истощена, что для репрессий ему нужны импортированные силы.

Для международного сообщества послание также ясно: угроза, которую мир увидел 7 октября, и гнёт, который иранцы испытали 8 января, исходят из одного источника. Конец Исламской Республики — общее решение и для безопасности региона, и для свободы иранцев.

Ополчения, которые Исламская Республика создала для региона на деньги иранцев, по данным разных источников, были брошены на подавление самих иранцев во время восстания месяца дей.