Исламская Республика в осаде: почему у режима не осталось козырей для выживания

Исламская Республика сегодня загнана в угол со всех сторон: на море — под блокадой США, на суше — в кольце границ, которые соседи закрывают одну за другой, а в небе — беззащитна перед ВВС США и Израиля. По оценке аналитиков DIAR, эти три фронта вместе с утратой режимом социальной опоры показывают, что Исламская Республика лишилась и последних козырей для выживания — посредничества и затягивания переговоров.

Новая война вероятнее, чем когда-либо

Сообщения о том, что Дональд Трамп остановил масштабный удар Израиля по Исламской Республике, поначалу выглядели признаком затишья. Но на той же неделе стало известно, что армии США и Израиля подготовили конкретные планы новых ударов после промежуточных выборов в США 3 ноября, а окончательное решение остаётся за Трампом. Открытая и неизменная поддержка Белым домом Биньямина Нетаньяху, тайные встречи военного министра США Пита Хегсета с израильским руководством и полёты израильских истребителей к самой границе Ирана указывают в одном направлении: удар отложен, а не отменён.

Некоторые аналитики считают новую войну неизбежной. Когда бы она ни началась, ясно одно: Исламская Республика больше не владеет инициативой и может лишь ждать решения, которое будет принято в Вашингтоне и Иерусалиме.

От морской блокады к сухопутной осаде

Морская блокада США уже несколько месяцев почти полностью останавливает экспорт нефти Исламской Республики. Министр финансов США Скотт Бессент заявил, что с августа на острове Харк не был загружен ни один танкер. Теперь осада дошла до суши: по распоряжению своего правительства Ирак закрыл пограничный переход Шиб, на очереди другие переходы, а торговля товарами через переходы Тафтан и Римдан с Пакистаном остановилась.

Время этих событий говорит само за себя. Границы закрываются сразу после того, как Тегеран покинули министр иностранных дел России Сергей Лавров и фельдмаршал Асим Мунир, командующий армией Пакистана. По оценке аналитиков DIAR, оба визита ничего не дали Исламской Республике: Москва лишь заявила о готовности «помочь в урегулировании кризиса», а Исламабад, сам выступавший посредником, теперь закрыл свою границу. Две страны, в которых режим видел спасательный круг, покинули Тегеран с пустыми руками.

В небе Исламской Республике тоже нечего противопоставить. Последняя война показала, что её ПВО не способна противостоять ВВС США и Израиля, а разрозненные нападения на суда в Персидском заливе и Ормузском проливе не восполняют эту слабость — они лишь усилили гнев региона и мира.

Утраченная социальная опора

Важнее всех этих факторов — пропасть между режимом и иранской нацией. Четыре десятилетия Исламская Республика тратила свои ресурсы на проект «исламской уммы» и на создание подконтрольных ей вооружённых группировок в Ираке, Сирии, Ливане и Йемене, отвечая на недовольство и гнев общества репрессиями. Бойня 8 и 9 января стала точкой невозврата на этом пути: режим, который две ночи расстреливал протестующих, уже не может рассчитывать на поддержку народа в час опасности.

У режима, у которого нет ни нефтяных денег, ни открытых границ, ни безопасного неба, ни союзника, готового его поддержать, ни народа, готового его защищать, не осталось козырей для торга. Затягивание переговоров и надежды на посредников лишь выигрывают время, но и это время на исходе.

Последнее слово — за иранской нацией

По оценке аналитиков DIAR, уход Исламской Республики неизбежен, даже если США и Израиль сегодня откажутся от решения нанести удар. Внешнее давление может парализовать режим, но окончательно демонтирует систему коррупции и репрессий иранская нация — та самая, что вышла на улицы во время восстания месяца дей с флагом «Лев и Солнце» и именем принца Резы Пехлеви.

Предстоящие дни станут решающими для будущего Ирана. Чем туже затягивается кольцо осады, тем важнее готовность нации и сплочённость иранской национальной революции ко дню после Исламской Республики.

Исламская Республика лишилась козырей посредничества и переговоров, а последнее слово скажет иранская нация.